8 мая 2020

ПИНРО в годы войны

В годы, предшествовавшие Великой Отечественной войне, рыбохозяйственная наука и рыбная промышленность Мурмана набирали силу. Во многом это было обусловлено интенсивными научными исследованиями ПИНРО, благодаря которым осваивались новые районы и объекты промысла, увеличивалась добыча рыбы. Так в районе острова Шпицберген были обнаружены мощные скопления сельди, получившей название «полярный залом», на Демидовской банке и в районе архипелага Новая Земля активно развивался промысел донных видов рыб. Акватория промысла расширялась в западном и восточном направлениях.

В 1940 г. директором ПИНРО был назначен Ю.Ю. Марти – молодой и умелый организатор, но на третий день войны он ушел на фронт добровольцем. Временно исполнять обязанности руководителя института стала заведующая лабораторией геологии моря – Виноградова П.С. Ей пришлось взять на себя трудности эвакуации ПИНРО. В Приказе по ПИНРО № 121 от 13.07.1941, в соответствии с Указанием Обкома ВКП(б), Главсеврыбпрома, были изложены мероприятия по эвакуации института в г. Архангельск.

В Архангельск решили забрать наиболее ценные документы за 20 лет исследований, пробы и библиотеку, которые ученые ПИНРО погрузили в три товарных вагона и отправили в пункт назначения. Институт разместился в небольшом помещении Центральной водорослевой научно-исследовательской лаборатории Наркомпищепрома СССР. В Мурманске остались сотрудники, которые по тем или иным причинам не могли выехать из города – на их попечении осталась часть материалов института.

Перед началом войны в ПИНРО трудился 101 сотрудник. Штат института в Архангельске, по сравнению с довоенным, уменьшился на одну треть. Но уже с началом обустройства на новом месте в состав ПИНРО влились Кандалакшская станция ВНИРО и Печорский наблюдательный пункт ВНИРО, а в 1943 г. была создана школа лаборантов.

Обосновавшись на новом месте, ученые института активно занимались изучением сельди Белого моря, проблемами рыбного промысла в районе Шойны-Бугряницы, в Чешской губе, на Печорском побережье. Необходимость дать больше продуктов питания для фронта и тыла заставила ученых и промысловиков взяться за освоение сырьевых ресурсов юго-восточной части Баренцева моря. Здесь за годы войны было выловлено около 10 тыс. т сайки, большая часть которой отправлялась в Ленинград. Научный сотрудник Г.И. Милинский, лаборанты П.Р. Рюмин, А.А. Добронравов и другие, выходя в море на промысловых судах, собирали материалы по треске, пикше, камбале. Миногой и навагой Мезенского залива занимались научные сотрудники Б.П. Мантейфель, Г.В. Болдовский, М.М. Адров, О.Н. Киселев, Н.С. Хохлина. Освоение и развитие промысла сельди Печорского моря разрабатывала группа сотрудников под руководством Л.И. Васильева, далее, исследования переместились в районы острова Колугев, полуострова Канин, в прибрежные зоны Белого моря.

Большую работу проделали ученые по усовершенствованию орудий лова, разрабатывая оптимальные способы лова рыбы (ставные сети, ставные неводы, рюжи и др.).

 Начавшаяся война с гитлеровской Германией нарушила плодотворную деятельность института. Исследовательские суда приобрели военный статус и вошли в состав Северного флота. В июне 1941 г. НИС «Персей», первое советское научно-исследовательское судно, вышло в свой последний 90-й научный рейс в Баренцево море. Но уже в июле 41-го, имея на борту груз продовольствия и медикаментов для 23-го укрепрайона на полуострове Рыбачий подвергся бомбардировке немецкой авиации. Судно затонуло на мелководье у южного побережья полуострова Рыбачий, в губе Эйна Мотовского залива Баренцева моря. оно затонуло на мелководье у южного побережья полуострова Рыбачий, в

губе Эйна Мотовского залива Баренцева моря.

Через губу Эйна в течение всего военного периода шло снабжение гарнизона на полуостров Рыбачий. Приходящие транспорты из-за малых глубин не могли подойти к берегу и были вынуждены перевозить грузы на лодках и плотах. Такое положение дел сохранялось до тех пор, пока командир саперной роты Н.П. Быстряков не предложил использовать корпус затонувшего «Персея» в качестве основания для причала. Причал вскоре построили, и «Персей» продолжал служить фронту еще 1160 дней.

С 1930 по 1941 г. в научном флоте ПИНРО также состояло НИС «Исследователь». До того, как стать военной единицей, он совершил 35 научных рейсов в Баренцево море. В июне-августе 1942 г. состоялась научно-промысловая экспедиция на птичьи базары Новой Земли, с целью заготовки яиц и тушек кайры для госпиталей и столовых военного Мурмана. В состав экспедиции входили три корабля. Это были два небольших деревянных судна – «Исследователь» и «Осетр» (водоизмещением 300 и 250 т, соответственно), а также РТ 28 «Камбала», построенное еще в 1901 г. в Англии. Эти суда вошли в особый 6-й дивизион, созданный специально на время проведения экспедиции. Все суда рыбной промышленности были объединены в пять дивизионов и подчинялись Военно-Морскому флоту. «Исследователем» командовал известный на Севере капитан-гидрограф П.А. Полисадов. Экспедиция состоялась, но несмотря на самоотверженный труд, план по сбору яиц и по заготовке тушек кайры оказался не выполнен. Невыполнение плана было вызвано как организационными причинами, так и неблагоприятными гидрологическими условиями холодного лета 1942 г. Вскоре особый 6-й дивизион расформировали. Эта экспедиция осталась в истории войны на Севере единственной и уникальной.

С 1929 по 1941 г. в Полярном институте (с перерывами) работало научно-исследовательское судно «Николай Книпович» – небольшой деревянный парусно-моторный бот длиной 24 м и водоизмещением 130 т. Всего по заданиям Полярного института НИС «Николай Книпович» осуществил 77 рейсов. В августе 1941 г. судно в статусе сторожевого катера вошло в состав Беломорской Военной флотилии Северного флота. После вывода из эксплуатации корабль долгое время находился в отстое в Кольском заливе и основательно разрушился.

 Но несмотря на трудности и горе, которое принесла война, ученые института продолжали успешно решать поставленные задачи, а суда тралового флота вести промысел.

В 1944 году коллектив ПИНРО, состоявший из 38 человек, вернулся в Мурманск. Здание мореходного училища, где ранее располагался институт, не пострадало от бомбежек. С осени институт возобновил морские исследования в прибрежной зоне и в юго-восточной части Баренцева моря. В Архангельске же осталась организованная Беломорская научно-исследовательская рыбохозяйственная станция.

Осенью 1942 года институт понес первые потери. Во время одного из налетов вражеской авиации, в ночь на 1 сентября, во время дежурства у своего объекта был убит кандидат наук Г.В. Болдовский. Той же осенью погиб, призванный в народное ополчение, один из лучших сотрудников института Г.И. Милинский. Немало было и тех, кто умерли от истощения.

На мемориальной Доске памяти (на здании института), посвященной погибшим сотрудникам, выбиты следующие имена: Г.В. Болдовский, Н.Я. Брынцев, Л.Т. Каликин, С.Т. Касимов, А.А. Кряжев, Г.И. Милинский, А.Ф. Плешков, С.В. Решетников, П.К. Рюмин.

Всем павшим в борьбе с фашизмом мы говорим: «Вечная Вам память».

Директора института в военные годы

Деятельность Полярного института в годы войны в документах

Списки: